Культ сапога
Культ сапога
В конце октября всю страну и особенно Кавказ потрясла дикая история, произошедшая в Москве. Врач-терапевт Фатима Алиева спешила на работу в городскую поликлинику — спасать людей и вести приём больных. На улице её остановил полицейский патруль для «проверки документов». Бумажного оригинала паспорта в кармане не оказалось (хотя профиль с «Госуслугами» и электронными документами был в телефоне).
То, что последовало дальше, не имело ничего общего с законом: молодую женщину-врача грубо скрутили, силой затащили в отделение, сорвали с неё платок (хиджаб), заковали в наручники и подвергли многочасовому психологическому давлению и оскорблениям.
Реакция правых пабликов была предсказуемо омерзительной. В комментариях царило ликование: «Так и надо!», «Знай наших!», «Уважай российские законы, полиция работает!». Националисты всерьёз восприняли издевательство над беззащитной женщиной-доктором как «торжество русского порядка».
Но для каждого, кто аплодировал этому беспределу, у истории есть ледяной душ. Пора напомнить «патриотам» о том, что происходит, когда эта же самая система сталкивается с абсолютно русской женщиной.
Содержание
- Кошмар в Кстово: такса, наручники и садовые грабли
- Опасная иллюзия правых
- Адвокаты произвола: как «Русская община» встала на защиту людей с дубинками
- Перевёрнутый мир: кто здесь жертва?
- Фантомные диаспоры против закона
- Лакейство под маской «патриотизма»
- Культ сапога вместо чести: почему «патриоты» предают своих ради человека в погонах
- Корень зла: «военно-патриотический» инкубатор покорности
- Банкротство религиозных и семейных ориентиров
- Синдром «Ждановской»
- Урок, который правые не хотят учить
- Комментарии: оставьте свой и прочтите другие
Кошмар в Кстово: такса, наручники и садовые грабли
Вспомните чудовищную, официально задокументированную правозащитниками историю Кристины Морозовой из города Кстово Нижегородской области.
Кристина — русская девушка. Она не носила хиджаб. Она просто вышла вечером во двор погулять со своей маленькой собакой — таксой. К ней подошёл полицейский патруль с вопросом: «А что это ты делаешь в этом дворе? Мы тебя тут раньше не видели». Документов у девушки, вышедшей на пять минут к подъезду с собакой, естественно, с собой не было. А когда дружелюбная такса просто поставила лапы на форменные брюки сотрудника, полицейский со всей дулы пнул пса, а Кристину силой поволокли в патрульную машину.
То, что творили сотрудники полиции в отделе, напоминало сцены из фильмов ужасов:
- Девушку заковали в наручники, а когда она возмутилась, сотрудница полиции, срывая цепочку с шеи, вырвала ей клок волос с корнем.
- В присутствии мужчин-полицейских и других задержанных девушку заставили раздеваться, а когда она отказалась снимать нижнее бельё на глазах у толпы мужчин, её повалили на пол, избили, разрезали ножницами бюстгальтер и вытаскивали его кусками из-под свитера.
- Маленькую таксу, которая скулила и лаяла, защищая хозяйку, в упор залили перцовым газом из баллончика, а затем… начали забивать железными садовыми граблями прямо в камере. Девушка чудом закрыла собаку своим телом.
И самый главный штрих к портрету правосудия: наказал ли кто-то садистов в погонах? Нет! Уголовное дело закрывали несколько раз. Руководство ведомства и проверки не нашли в действиях палачей с ножницами и граблями «никакого превышения полномочий». Силовики вышли сухими из воды.
Опасная иллюзия правых
Сравните эти два случая. В первом — верующая мусульманка, врач из Дагестана. Во втором — светская русская девушка с домашней собакой в провинциальном городе.
Обе шли без паспорта. Обеих сочли «подозрительными». Обеих подвергли садистскому унижению, обеих насильно раздевали (срыв платка для мусульманки равносилен разрезанию белья ножницами), обеих растоптали в пыль.
Какой вывод из этого обязан сделать любой вменяемый человек?
Полицейский произвол в России — это не инструмент «защиты русских от мигрантов». Это бесконтрольная, всеядная мясорубка, которая пожирает абсолютно любого гражданина, оказавшегося беззащитным перед человеком с ксивой и пистолетом.
Когда правый активист радуется тому, как полиция задерживает и унижает кавказскую девушку-врача за отсутствие бумажки, он не понимает главного: он хлопает в ладоши палачу, который завтра с тем же самым садистским наслаждением будет резать бельё его собственной сестре или бить граблями собаку его матери.
Дубинка силовика не спрашивает генетический тест. В глазах системы, потерявшей берега и уверенной в своей безнаказанности, мы все — бесправный расходный материал. И поддерживать произвол против «чужих» — это самая глупая и самоубийственная вещь, которую может сделать общество, мечтающее о справедливости.
Адвокаты произвола: как «Русская община» встала на защиту людей с дубинками
Когда кажется, что градус лицемерия ультраправых организаций достиг предела, они умудряются пробить очередное дно. После того как вопиющая история с задержанием врача-терапевта Фатимы Алиевой выплеснулась в публичное поле и вызвала волну справедливого негодования, движение «Русская община» не просто промолчало. Они выпустили официальное заявление, от которого захватывает дух своим запредельным цинизмом.
Активисты объявили, что берут ситуацию «на контроль» и готовы оказать… всестороннюю юридическую и силовую поддержку тем самым сотрудникам полиции!
В качестве предлога была названа стандартная параноидальная мантра: мол, на бедных полицейских сейчас начнётся «невиданное давление со стороны общественности и этнических диаспор», поэтому русских стражей порядка нужно «защитить от травли».
Перевёрнутый мир: кто здесь жертва?
Вдумайтесь в эту вывернутую наизнанку картину мира. На одной чаше весов — хрупкая девушка, врач поликлиники, гражданка России, которая шла без оружия на работу, не совершив ни уголовного, ни административного правонарушения. Её скрутили, заковали в наручники, сорвали платок и унизили в отделе.
На другой чаше весов — взрослые, физически крепкие мужчины в бронежилетах, при табельном оружии, за спинами которых стоит вся гигантская государственная машина, закон «О полиции», спецсредства, изоляторы и следственные органы.
И кто же, по версии «Русской общины», в этой ситуации оказался слабой, беззащитной стороной, требующей народной опеки? Вооружённые силовики! Националисты на полном серьёзе пытаются выставить людей в погонах невинными овечками, которых «запугала» девушка с медицинским фонендоскопом в кармане.
Фантомные диаспоры против закона
Особого внимания заслуживает их излюбленный жупел про «давление диаспор».
Фатима Алиева — гражданка Российской Федерации, уроженка Дагестана, коренного региона нашей страны. О каких «иностранных диаспорах» вообще может идти речь, когда требование наказать распоясавшихся силовиков звучит от российских юристов, кавказских общественников и обычных граждан?
Но в методичках правых любое требование законности в отношении нерусского человека автоматически клеймится как «наезд мафии». Если человека незаконно избили, и он нанял адвоката, чтобы подать заявление в Следственный комитет — для «Русской общины» это «агрессия диаспоры». То есть само право гражданина защищать себя в рамках российского законодательства объявляется экстремизмом.
Лакейство под маской «патриотизма»
В этой готовности выгораживать полицейский беспредел вскрывается истинная, лакейская природа подобных псевдопатриотических движений.
На словах они кричат о «защите прав русских людей» и справедливости. Но на деле они моментально превращаются в бесплатных адвокатов любого произвола, если этот произвол направлен против тех, кто им не нравится. Они готовы целовать сапог любого нарушившего присягу силовика, лишь бы этот сапог топтал человека с «неправильной» фамилией.
Это не православие, не общинность и не защита порядка. Это откровенное поощрение безнаказанности и распада государства.
Оказывая информационную и юридическую поддержку сотрудникам, нарушившим базовые права гражданина, «Русская община» шлёт чёткий сигнал всей правоохранительной системе:
«Пытайте, унижайте, нарушайте законы — если жертва будет нерусской, мы прикроем вас информационным щитом и назовём любое сопротивление беспределу “атакой диаспор”»
Они не понимают, что взращивают монстра, который неизбежно обернётся против них самих. Ведь полицейский, усвоивший, что гражданина можно безнаказанно унижать и ломать просто из-за отсутствия бумажного паспорта, завтра точно так же сломает жизнь любому активисту этой самой «общины». И тогда искать справедливости будет уже не у кого — потому что они сами помогли растоптать остатки закона.
Культ сапога вместо чести: почему «патриоты» предают своих ради человека в погонах
Контраст между реакцией общества на дело врача Фатимы Алиевой и старую историю Кристины Морозовой обнажает глубочайшую мировоззренческую пропасть.
Когда несправедливость коснулась Фатимы, за неё горой встал весь Кавказ. Известные спортсмены, общественные деятели, юристы, блогеры и тысячи простых людей единым фронтом потребовали наказания виновных. В традиционном кавказском обществе до сих пор работает базовый институт солидарности: защита чести женщины — это священный долг мужчины, и никакой полицейский жетон не даёт права вытирать ноги о человеческое достоинство.
А что произошло, когда в Кстово силовики пытали, раздевали русскую девушку Кристину и забивали граблями её собаку? Где были все эти многочисленные русские националисты, монархисты и казачьи объединения? Где были пикеты, где был шквал доносов в прокуратуру? Их не было.
Более того — в правой и околосиловой среде на случай с Кристиной отреагировали мерзким, рабским виктимблеймингом (обвинением жертвы). В комментариях массово писали: «Сама виновата!», «Надо понимать, кто перед тобой стоит!», «Перед представителем власти нужно стоять смирно и не дёргаться, тогда и бить не будут». Они не просто отказались защищать свою соотечественницу — они морально оправдали её палачей.
Корень зла: «военно-патриотический» инкубатор покорности
Откуда в людях, называющих себя «защитниками нации», берётся эта патологическая готовность целовать плеть, которая бьёт их же сестёр и матерей?
Корни этой проблемы уходят намного глубже уличных пабликов. Они закладываются в так называемой системе «военно-патриотического воспитания», на которой десятилетиями паразитируют околомилитаристские и вигилантистские структуры — всевозможные «Офицеры России», казачьи дружины, кадетские классы и прочие движения с мутными уставами.
В этих кругах детям и подросткам с пелёнок вбивают в голову фатальную подмену понятий: человек в погонах — это не просто наёмный государственный служащий, чья зарплата платится из налогов граждан. Человек в погонах для них — это сакральное олицетворение Государства, а Государство приравнено к понятию «Родина».
А Родину, как известно, нужно любить безоговорочно. И в этой чудовищной, искалеченной логике возникает догмат: человек в форме всегда прав. Даже если этот человек нарушает присягу. Даже если он пьян. Даже если он проявляет откровенный садизм. Для воспитанника такой системы возмутиться действиями садиста в погонах — значит «пойти против Родины». Это культ формы, начисто выжигающий из человека способность отличать добро от зла.
Банкротство религиозных и семейных ориентиров
Все эти околосиловые активисты обожают рядиться в одежды истовых православных и рассказывать про «традиционные семейные ценности» и «кодекс чести». Но это пустой звук, дежурная декорация.
Если бы они действительно следовали христианской традиции, они бы знали, что христианство исторически стояло на защите униженных и оскорблённых, а не на стороне римских легионеров, распинавших Христа. Если бы у них был подлинный семейный и мужской кодекс чести, они бы понимали: честь женщины и безопасность слабой девушки из твоего народа стоя́т неизмеримо выше любого ведомственного циркуляра.
Но для людей, прошедших эту школу чинопочитания, никакого подлинного бога, кроме начальника, не существует. В любом конфликте между живым человеком и Системой они всегда, инстинктивно выберут Систему. Их так выдрессировали.
Итог этой деградации трагичен. Кавказское общество сохранило внутренний стержень: там понимают, что законность и справедливость начинаются с уважения к человеку. А российское правое квазипатриотическое движение воспитало поколение сервильных вигилантов, которые гордятся своей готовностью безропотно вставать на колени перед любым удостоверением.
Это не патриотизм. Это исторический тупик, где громкие лозунги о величии нации маскируют абсолютную внутреннюю беспомощность и панический страх перед настоящей властью.
Синдром «Ждановской»
Чтобы до конца понять природу того, что произошло с врачом Фатимой Алиевой в Москве и с Кристиной Морозовой в Кстово, стоит обратиться к советской истории и классике отечественного кинематографа. В 1992 году режиссёр Суламбек Мамилов снял эталонный фильм-расследование — «Убийство на “Ждановской”», основанный на реальных, потрясших всю страну событиях 1980 года.
Тогда на станции московского метро «Ждановская» (ныне «Выхино») пьяные постовые милиционеры затащили в служебное помещение пассажира, возвращавшегося домой с работы, зверски избили его, а затем вывезли в подмосковный лес и добили арматурой, сымитировав ограбление. По трагической иронии судьбы, погибшим оказался майор КГБ Вячеслав Афанасьев, что и позволило вскрыть масштабы катастрофы и довести палачей до расстрельной статьи.
Чем этот исторический прецедент и фильм по нему так важны сегодня? Тем, что в них показана пугающая, чистая формула произвола.
В том убийстве не было корыстной цели. Не было политического заговора, криминального передела или личной мести. Человек погиб буквально на ровном месте просто потому, что силовику в тот конкретный вечер не понравилось, как с ним разговаривают.
Это классическое насилие, рождённое абсолютной, развращающей вседозволенностью. Когда рядовой постовой с дубинкой изо дня в день видит, что он — царь и бог в своём закутке, когда начальство закрывает глаза на любые поборы и хамство, у человека напрочь срывает тормоза. В его воспалённом сознании гражданин без погон лишается статуса человека. И если этот гражданин вдруг проявляет хотя бы каплю достоинства — не падает на колени, переспрашивает, просит объяснить причину остановки или указывает на законы — у силовика случается приступ бешеной, психопатической ярости: «Как ты смеешь мне возражать?! Я здесь власть!»
Именно этот «синдром Ждановской» мы воочию наблюдали в случаях с Фатимой Алиевой и Кристиной Морозовой.
Ни врач, спешившая в белом халате на приём, ни девушка, вышедшая во двор с маленькой таксой, не представляли ни малейшей общественной опасности. Они не были вооружены, не бежали от полиции, не нарушали общественный порядок.
Их единственная «вина» заключалась в том, что в момент проверки они повели себя как свободные граждане, а не как перепуганные рабы. У них не оказалось бумажки с печатью — и они спокойно попытались это объяснить. Но для сотрудника, опьянённого властью, спокойный голос и чувство собственного достоинства со стороны безоружной девушки воспринимаются как личное оскорбление. Включается механизм мгновенной, садистской эскалации: скрутить руки, сорвать одежду, применить газ, заковать в наручники, бить собаку граблями. Не ради раскрытия преступления — а ради того, чтобы сломать личность и доказать самому себе свою абсолютную безнаказанность.
Урок, который правые не хотят учить
Фильм «Убийство на “Ждановской”» ценен тем, что в нём жертвой милицейского беспредела стал офицер госбезопасности, коренной москвич, абсолютно русский человек с образцовой анкетой. Это доказало ещё сорок лет назад: система, построенная на безотчётном насилии, никогда не ограничивается «маргиналами» или «чужаками».
Когда правые активисты радостно хлопают в ладоши задержанию девушки в платке, они проявляют наивность малолетних детей. Они не понимают, что силовик, срывающий хиджаб с врача у метро, движим ровно тем же самым садистским импульсом, что и милиционеры со «Ждановской».
Ему всё равно, кого ломать. Сегодня это мусульманка без паспорта, завтра — русский парень в кепке, который не так посмотрел на патруль, а послезавтра — тот самый националист, который слишком громко выкрикнул свой лозунг. В мире, где правит произвол, безопасность не гарантирует ни правильная фамилия, ни крест на груди. Там правит лишь дубинка, которой глубоко наплевать, чьи кости ломать ради самоутверждения её владельца.
Комментарии
Отправить комментарий
Напишите свой комментарий здесь